Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Играй, скрипач

На улице совсем худой скрипач,
Он кажется прозрачным, слабогрудым,
Почти не человек — бестелый плач,
Он бледный, он больной, он не отсюда.
Но музыка его летит, летит
И, поднимая на сердцах засовы,
Срывает шляпы прямо на гранит,
Поет за жизнь, за счастье и за совесть.
Идет толпа, идет по мостовым,
Идет вперед. В ней каждый прав и занят.
Идет, идет потопом мировым,
Идет, вливаясь в норы ушлых зданий.
Толпа глуха. Она всегда глуха.
Скрипач устал. Он с каждым звуком ниже,
Он тяжелеет, вниз течет к ногам,
К ботинкам и под ними — к грязной жиже.
И я в толпе иду. Я гад, я червь,
Но я кричу и верю, что не мимо:
Мы умерли! Озвучь нам нашу смерть!
Скрипач, ты слышишь? Ну, играй, родимый!

Аль Квотион

Целым миром

Пойми, она мне стала многим.
Она почти что стала мной.
Той частью жизни, что от Бога,
Что на душе горит звездой,
Ведущей в бой, ведущей к счастью
На много лет, на много зим,
Той светлой и огромной частью,
С которой я неразделим.
Так пусть гремит во мне великим
Оркестром, пусть немеет зал:
Да здравствует ее улыбка!
Да здравствуют ее глаза!
Да здравствует ее трагичность,
Самоотдача в пустоту.
Я ей пою! Косноязычно,
Но как умею ей пою.
Нас не смущали сор и стирка,
Счета и прочие долги.
Ведь я ей был, пойми, всем миром.
И мир ее писал стихи.
Он был дурак, курил в окошко,
Не замечая ничего,
Но целовал босую ножку
И вел неспешный разговор.
Да здравствует ее нехитрость
И острота ее локтей!
Я был ей миром. Целым миром.
И мир ее был рядом с ней.

Аль Квотион

Это жизнь

Это жизнь.
Она пахнет нагревшейся пылью,
Она ловит губами печаль моих губ,
Пришивая к спине беспощадные крылья:
— Что ж ты встал, раз крылатый? Ну как же ты глуп.
Дурачок, улетай.
Я стою.
По колено в беспризорной траве.
И девчонка со мной.
И девчонка…
Она — это вечный, мгновенный
Отпечаток любви.
Я живу ей взапой,
Я пою ей взахлеб,
Я дышу ей до боли,
Я гуляю в разлив с ней по теплым степям,
По большим городам, по теньку колоколен.
Эта девочка верит так свято в меня,
Так светло, широко.
И мне хочется гладить
Пересвет летней жизни в ее волосах.
Это вечер.
И звезды, и песни цикады,
И ненужных мне крыльев ленивый размах.
Это счастье любить горячо, по-ночному,
Это мудрость понять дар и щедрость полей.
Это молодость.
Я убегаю из дома,
Покупая ей солнце за пару рублей.

Аль Квотион

Я спою тебе песню

Я спою тебе песню, девочка,
Как зимовья глухую зыбь
Разменяет апрель на мелочь. Как
Зазвенят пятаки грозы.
Как менялась земля застылая,
Как любил я ее девиц,
Как спадало с людей бескрылие
Под весенние взгляды птиц.
Как ложились в глаза пшеничные
Голубые молитвы слез.
То ли свечкой я, то ли спичкой был,
То ли солнце в кармане нес.
И как было на свете чисто нам,
Как был свет этот нам велик,
Как сходила с престола истина
В смертных строк вековой черновик.
И как будет рождаться саженец
Новых песен под новый ритм,
Лишь стряхнет май с рубашки глаженой
Прямо в сердце мне ворох рифм.
Небеса поцелуют в темечко,
Горячо, горячо, светло!
Я принес тебе Бога, девочка
В рваной сумке своих стихов.

Аль Квотион

Что тут скажешь

Что тут скажешь, моя хорошая?
Я сегодня совсем весенний.
Будет день, попадем на обложки мы
Этих ярких цветных мгновений.
И забудется что-то прошлое,
И окупится светлой грустью.
И плясунью свою, босоножку я
На апрельском холсте нарисую.
И нам что-то еще отмерится,
И отрежется так, что где бы
Мы с тобой ни прожили месяцы,
Не запьем — запоем до неба.
Ты же флейта моя, тростиночка,
А куда на миру без музыки?
Посмотри, облака овчинные
Словно ноты баллад ли, блюза ли.
Посмотри, под зимы застежками
Спали трав полевых гобелены.
Что тут скажешь, моя хорошая?
Я сегодня совсем весенний.

Аль Квотион

Она уходит

Она уходит. Так порой бывает,
Когда остаться здесь никак нельзя,
Когда шаги — по лезвию, по краю,
Когда от неба — только зыбь и зябь.
Когда плевать на россыпи бумажек -
Счетов и писем от чужих людей,
Когда никто тебе уже не скажет
Обычных слов, в которых жизнь теплей.
В ее глазах — тоска и бесприютность,
В ее глазах — метание и резь,
В ее глазах заоблачно и мутно,
Она не здесь, она уже не здесь,
Где чахлый хрип срывается из легких,
Где давит стон ввалившуюся грудь,
Где косность рук и пухлые отеки
Не прекращают ныть, болеть, тянуть.
Она не здесь. Она бежит по полю,
А там трава — почти что до небес,
Она девчонка, песня вьется в горле,
И ко всему в ней новый интерес.
И вот сейчас она вбежит на холмик,
Где столько света — Господи, смотри!,
Она вбежит и будет снова дома,
И будет только счастье впереди.
Я провожаю. Душно. Скоро полдень.
Мне жить и жить, но в этот трудный час
Я верю: там, куда она уходит,
Ее встречают те, кто лучше нас.

Аль Квотион

Деревня

Здесь пахнут сиренью и верою
Нагретые стены избы,
Здесь время того милосердия,
Которое ввек не избыть,
Здесь Бог пробирается травами
Под ноги босой детворы,
Здесь место спастись
Между травлями,
Здесь время спасать.
Здесь обрыв
В покой,
В малословность,
В забвение,
В умение просто обнять
Тебя возле печки.
Здесь зрение
Находит кругом благодать.
Здесь что-то от мудрости прожитых
Веков. Здесь способность прощать
Живет, словно в небо проросшая,
И словно с людьми сообща.
И ты здесь становишься радостной,
Задумчивой тишью лесов,
Становишься знаменем, адресом
В проулки земных вечеров,
Где тепломолочной туманностью
Баюкают песни святынь,
Где мы вдруг становимся данностью,
Из мифа большой суеты.
Ты видишь?
Все песни — разрезами
Болят и кровят на снегу.
Ты видишь?
Стою между безднами,
Прозрачный от сердца до губ.
Ты видишь?
Тоска нелечимая
Стоит у меня за спиной.
Уедем в деревню, любимая,
Уедем дышать тишиной.

Аль Квотион

К черту боль

А знаешь.. К черту эту боль,
Тоску, печаль и листопады,
Скулеж ленивых недовольств,
Здесь павших столько — негде падать.
А ты пока что жив, растрепан,
Бинтуешь слов своих разрез.
Давай по миру автостопом?
Давай смотреть в глаза небес?
Ты пахнешь страстью и обидой,
Ты новый мир, ты ранний джаз.
Сотри огонь с лица. Ты видишь?
За нами солнце. Солнце в нас.
Вставай. Иди. Пинай инертность,
Дыши, пока хватает сил.
Еще люби. Люби бессмертно,
Люби, как раньше не любил.
Ну сколько там — пешком до рая?
Верст пять по чахлому вранью.
Давай под музыку, по краю,
Давай станцуем на краю.
Душа — единственный твой пропуск
Из мира взяток и простуд.
Шагай, шагай в любую пропасть.
А крылья… Крылья отрастут.
Не веришь мне — спроси у Бога,
Взломай вселенскую консоль.
Возьми гитару и в дорогу.
И знаешь, к черту эту боль.

Аль Квотион

Музыкант

Не плюйте в душу музыканта,
В биенье самых тонких струн,
В его пустынную сонату,
В его поющую игру.
Не размножайтесь тварью в сплетне
С кем спал, что пил, когда упал.
Ведь он живет - от скрипки к смерти,
Ведь это небо - полный зал.
Не нужно кашлять и судачить,
Шипеть брезгливо за спиной.
Он жил как жил. Все на удачу,
Все между счастьем и войной.
Не плюйте в музыку. Не надо.
Она спасет еще не раз.
Не плюйте в душу музыканта,
Сегодня он играл для вас.

Аль Квотион

Аль ФМ

"Здравствуйте, дорогие читатели.

С сегодняшнего дня наш проект Аль ФМ стал интернациональным. К нам присоединился замечательный итальянский композитор, музыкант, а также владелец собственного лейбла Fabrizio Paterlini Records, Фабрицио Патерлини.


Фабрицио известен по всему миру как гений "искренних касаний", его альбом Fragments Found поставил его в один ряд с лучшими мастерами современности. Он часто приезжает со своими концертами в самые разные страны, в том числе и в Россию.

Итак, встречайте-исполняет Арсен Акопян, музыка-Фабрицио Патерлини, стихи-Аль Квотион."

Это предисловие. А послушать что из этого вышло вы можете тут: http://vk.com/kvotion