Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

На дороге

Вся жизнь как будто на дороге,
Я еду — весел, пьян и резв.
Ты знаешь, волка кормят ноги,
Меня же кормит синь небес.
Я еду к ним. И в этой пыли
Лишь гул мотора, визг колес
И скорость. Скорость — это крылья.
И счастье горькое до слез.
Все остановки на минутку,
Любовь быстра. Еще до двух
Я выхожу, ловлю попутку:
Вези, родимый, в синеву.
Водитель, поддержав беседу,
То вдавит газ, то тормознет.
И я когда-нибудь доеду,
И будет страшный поворот.
Но там, где смерть порвет все цепи,
Шепну душе, глотая дым:
Лети сквозь гарь, лети сквозь пепел,
Лети до синего. К своим.

Аль Квотион

Ну что ты

Ну что ты, брат мой, загрустил?
Стихи, стихи… Они не стоят
Заросших памятью могил
И нервов, вышедших из строя.
Твоих травмированных рук,
Творящих небо на бумаге.
Они не стоят даже букв,
Они не стоят даже знака.
Ты лечишь душу тишиной,
Но в гамаке утрат и споров,
Уже седой, уже больной,
Ты все же слышишь в себе море.
И грудь твоя тесна, узка,
Ты лаской лечишь горб бессонниц,
Но та же мертвая тоска
На лицах всех твоих любовниц.
А женщина — почти покой,
Она тебя, конечно, лечит
И гладит сломленной рукой
Твои изломанные плечи.
Но только ты уже не рад.
Стихи, как прежде, просят перьев.
Давай напьемся, что ли, брат?
Напьемся жизни перед смертью.

Аль Квотион

Я боюсь умирать

Я боюсь умирать, я боюсь уходить в темноту,
В перекрестки ночей небывалого злого молчанья,
Я боюсь тусклым светом погаснуть на долгом ветру
В обреченном саду нескончаемых дней увяданья.
Я боюсь, это песня дождей, заглушившая крик,
Это черного снега падение в вату событий,
Это молча глядящий на внука бессильный старик,
В механизме вселенной разбитый до пошлости винтик.
Я боюсь умирать, и не стоит тревожить слова,
Отдающие ядом блаженства на голые нервы,
Мне не нужно бессмертья души после смерти ума,
Утешения слабой, не вызревшей знанием веры.
Я боюсь умирать, превращаться в бездомную тень
На обочине мира забитую в память лопатой,
Я боюсь каждый день в себе видеть живую мишень
Для винтовки последней, увы, неизбежной расплаты.
Я боюсь окунуться в бесплотность потери потерь,
Я боюсь, что погаснет весь свет и назад не вернется,
Я боюсь лечь в прошитую всеми червями постель,
Я боюсь, что любое движение в стену упрется.
Я боюсь добрести до конца, до распада вещей,
Тишины, я боюсь тишины, пожирающей звуки,
Не хочу, не хочу задыхаться в финале идей,
Не хочу на груди своей складывать мертвые руки.
Не хочу уходить навсегда, в пустоту, целиком,
Не хочу исчезать за пределом любви и печали.
Не хочу, не хочу, чтобы стало навеки легко.
Сохрани мое слово, как все, что тебе я оставил.

Аль Квотион